Итак, перед тем как взяться за новую вещь в июне 1846 года, "Домби и сын", понимая, что ответственен также и за духовное развитие детей, Чарльз сначала написал житие Христа понятным для детей языком... На мой взгляд, этот поступок стал камертоном для создания одного из ключевых романов Диккенса. «Домби и сын» был написан с июня 1846-го по апрель 1848-го, когда произведение выходило отдельными выпусками (приносившими высокий доход автору). За это время Диккенс успел сменить несколько мест. После отдыха в живописной Лозанне он переехал в Париж: именно там были написаны одни из самых пронзительных сцен — в частности, смерть маленького Поля Домби. Завершал же роман Диккенс уже в Англии, причём последние главы создавались в приморских городах Брайтон и Бродстерс, а также в Лондоне.

  Что подтолкнуло Диккенса создать напряженный роман без оптимистической интонации, где главный герой - олицетворение порока гордыни и черствости («the cold hard armour of pride in which he lived encased»)? Одна из причин состоит в том, сам Диккенс видел в «Домби и сыне» логическое продолжение того, что он начал в «Мартине Чезлвите». Если предыдущий роман был исследованием эгоизма, то новый, по словам автора, должен был «сделать то же самое с гордыней». Теперь писатель создает целую историю о том, как один губительный порок разрушает жизнь человека и всех, кто его окружает. Мистер Пол Домби - холодный и надменный лондонский коммерсант, который ставит семейную торговую фирму выше любых человеческих чувств. Диккенс с почти библейской масштабностью описывает космическую гордыню Домби, когда пишет: «The earth was made for Dombey and Son to trade in, and the sun and moon were made to give them light. Rivers and seas were formed to float their ships; rainbows gave them promise of fair weather; winds blew for or against their enterprises; stars and planets circled in their orbits, to preserve inviolate a system of which they were the centre».
 
   Его гордыня - это также извращенная форма отцовской гордости, направленная не на сына как на личность, а как на наследника и продолжение дела. Гордыня Домби — это гордыня статуса, власти и коммерческого успеха, превратившая его в отстраненное существо, для которого главная трагедия — крушение его фамильного «дела». Свою новорожденную дочь Флоренс он презирает только за то, что она девочка, и относится к ней как к «мелкой монете, которая не приносит прибыли». Жизненное кредо Домби — абсолютный контроль: вокруг него не должно быть другой воли, кроме его собственной, и даже гордость жены должна служить ему, а не противостоять. К первой жене мистер Домби относится с ледяным высокомерием, и она знает его только как «мистера Домби» — с первой минуты знакомства и до самой смерти.

«Towards his first wife, Mr Dombey, in his cold and lofty arrogance, had borne himself like the removed Being he almost conceived himself to be. He had been 'Mr Dombey' with her when she first saw him, and he was 'Mr Dombey' when she died» 

  Однако в финале Домби проходит путь духовного перерождения —через падение и утрату  состояния он приходит к раскаянию и обретает семейное счастье, благодаря дочери.

 Есть ли у него предшественники в творчестве Диккенса?

  Джонас Чезлвит из «Жизни и приключений Мартина Чезлвита» представляет собой крайнюю степень эгоизма, переходящую в откровенное злодейство. В отличие от мистера Домби, чья гордыня остается в рамках морального порока, Джонас движим агрессивной алчностью и готов ради наследства переступить любую черту. Его характер раскрывается через циничную жестокость и ненасытную погоню за наживой. Сам Диккенс в авторском примечании к роману пишет о нем: «I conceive that the sordid coarseness and brutality of Jonas would be unnatural, if there had been nothing in his early education, and in the precept and example always before him, to engender and develop the vices that make him odious». Эта жадность толкает его на чудовищные замыслы: известно, что он пытается отравить отца и в конце концов убивает шантажирующего его Монтегю Тигга.

 Сет Пекснифф, также являющийся ключевой фигурой в «Мартине Чезлвите», олицетворяет собой совершенно иной тип порока — лицемерную гордыню. В отличие от открытого презрения, которое испытывает к окружающим Домби, Пекснифф тщательно маскирует свои корыстные цели под маской благочестия и добродетели. Он позиционирует себя как наставника морали, но на деле цинично использует всех, кто его окружает. Эта черта настолько ярко выражена, что его имя стало нарицательным для обозначения ханжи: слово «pecksniffian» прочно вошло в английский язык как синоним притворной добродетели.